Влиятельное британское издание Financial Times узнало, как и при каких обстоятельствах Путин принял решение о начале СВО ровно год назад 24.02. 2022 в Украине.
Журналистам удалось выяснить у близких Путину людей, что в Москве хорошо понимают размер катастрофы, который накрывает Россию из-за фатальной ошибки главы Кремля.
При принятии решения о начале войны с Украиной Путин не учел мнение даже людей из своего ближайшего окружения, зато он полагался на информацию украинского политика и своего кума Виктора Медведчука.
При этом им двигало желание войти в историю новым Петром I, пишет Financial Times в большом расследовании к годовщине вторжения России в Украину.
Участник встречи Путина с крупным бизнесом, прошедшей в день вторжения, 24 февраля, рассказал газете, что перед мероприятием спросил главу МИД Лаврова, как информация о готовящемся вторжении в Украину осталась неизвестной для властной и бизнес-элиты.
На это министр, по словам бизнесмена, ответил: «У него (Путина) три советника: Иван Грозный, Петр Первый и Екатерина Великая».
«Все трое, на кого равняется Путин, давно мертвы и оставили неоднозначный след в российской истории», пишет издание.
Идею войны с Украиной скептически оценивали в СВР. И даже секретарь Совбеза Николай Патрушев в ходе заседания Совбеза 21 февраля предложил дать дипломатии еще один шанс.
Он «знал, в каком плохом состоянии находится армия, и сказал об этом Путину», утверждает источник, близкий к Кремлю.
Однако Путин отверг голоса несогласных, как и в 2014 году при аннексии Крыма. Тогда он даже не проинформировал Совет безопасности.
Обсуждение операции велось в ходе ночного совещания, завершившегося только в 7 утра, пишет FT. Собеседниками Путина были министр обороны Сергей Шойгу и три высокопоставленных силовика.
«Он действительно верит во все, что говорит о сакральности и Петре Великом. Он думает, что его будут помнить, как Петра», — сказал бывший высокопоставленный чиновник.
Ключевая проблема заключается в том, что Путин выстроил вокруг себя систему, в которой никто не говорит ему правду, а после начала войны он еще больше изолировался, сообщили знакомые с ним люди.
«Сталин был злодеем, но хорошим менеджером, потому что ему нельзя было солгать. Но никто не может сказать Путину правду. Люди, которые никому не доверяют, начинают доверять очень небольшому числу людей, которые им врут», — говорит собеседник, знакомый с Путиным.
По информации газеты, большая часть руководства администрации президента и экономического блока правительства в частных беседах выступают против войны, но говорят, что не могут как-либо повлиять на нее.
Ограниченный круг общения Путина привел к тому, что он опирался на информацию Виктора Медведчука по Украине при планировании операции, а тот обещал Путину, что российским войскам будут рады в Украине, пишет FT.
Эту оценку поддержала ФСБ. Люди Медведчука работали корректировщиками для российских войск, нанося навигационную маркировку на здания и дороги, и помогли России захватить часть территорий на Юге Украины, включая Херсон.
Однако большинство купленных Медведчуком людей просто сбежали с полученными деньгами или обратились и предупредили украинские власти о полученных инструкциях, сообщили газете высокопоставленный украинский чиновник и несколько экс-чиновников из России и США.
Спустя год после вторжения Путин осознает, что цена оказалась огромной, но по-прежнему полон решимости победить, сказали газете люди, лично знакомые с президентом.
Бывшие и действующие чиновники утверждают, что Путин ищет новые обоснования войны, настаивая на том, что у него не было другого выбора, кроме как продолжать вторжение любыми средствами.
«Он говорит своим приближенным: оказывается, мы были совершенно не готовы. В армии бардак. В нашей промышленности бардак. Но хорошо, что мы узнали об этом именно так, а не тогда, когда к нам вторгнется НАТО», — сказал один из экс-чиновников.
Перед Путиным стоит непростая альтернатива, говорит бывший высокопоставленный чиновник Кремля:
«Страшно подумать, что будет в случае катастрофического поражения России. Это означает, что были совершены катастрофические ошибки и человек, стоящий за этим, должен свести счеты с жизнью будь то с помощью пули, цианида или чего-то еще».
Хроника 24.02 2022
Спустя больше года с момента резкого обострения отношений России с Западом мы констатируем несколько важных вещей. Во-первых, и это самое главное, мы выстояли. Российская система оказалось во много раз прочнее, чем думали о ней все, даже мы сами. Во-вторых, мы видим, что несмотря на всё оказанное давление наш президент с ним справился и не отменил осуществление нового курса развития России, который он начал в прошлом году. Это те явные плюсы и те достижения, оные просто нельзя не признать. Однако, есть ошибки, наличие которых мешает нам перейти на следующий уровень.
Евгений Сатановский. Фото: mk.ru
В своём Telegram-канале политолог Евгений Сатановский объяснил, что Путину удалось подготовить нашу систему к отражению всего того натиска, который был оказан на Россию со стороны Запада в прошлом и в этом году. Однако, из-за нескольких важных ошибок, которые наш президент допустил в прошлые годы, нас сейчас очень сложно взять и перейти к этапу окончательного отсоединения от западных центров и запустить проект нашего внутреннего и суверенного развития. Если бы эти ошибки не были допущены Путиным ранее, этот переход был бы для нас куда более простым и мы бы его уже успешно сделали.
Вот эти три главных ошибки:
1. Отсутствие заранее сформированного правительства переходного периода. Путин не смог собрать новую команду высших чиновников, оные будут после начала санкционной борьбы с Западом работать по-новому и в новых условиях. Фактически, президент поставил для этих целей только премьера Михаила Мишустина и его зама Андрея Белоусова. На практике оказалось, что работы всего этих двух людей в правительстве крайне мало для того, чтобы развернуть модель развития нашей страны от либеральной к производственной и консервативной. Кроме их двоих, Путин должен был подготовить ещё десяток другой подходящих чиновников, но ему этого так и не удалось вовремя сделать, что, конечно же, стало его ошибкой.
2. Отсутствие налаженных механизмов обратной связи с народом. У нас очень неравнодушные и активные граждане, однако, буквально любая инициатива снизу сегодняшней России сразу же встречается с холодным равнодушием чиновников на местах. В результате те люди, которые могли бы приносить большую пользу обществу и помогать президенту Путину в реализации его нового курса в своих городах и регионах, не могут этого делать просто потому, что им этого не позволяют. Президент не смог за все годы своего правления выстроить систему связи с людьми на местности и организовал любое взаимодействие с людьми через посредников, а они передают главе государства только те данные, которые выгодны им самим.
3. Отсутствие необходимых социальных реформ. Путин мог бы ещё до санкционной борьбы с Западом отменить огромное количество вредных и снижающих качество жизни россиян реформ для того, чтобы последующий натиск западных стран не оказал такого сильного влияния на финансовое положение людей, как это произошло в итоге. Президент мог бы заранее отменить пенсионную реформу, ввести продовольственные карточки для пенсионеров и малоимущих граждан, вернуть старую систему льгот и во много раз увеличить размеры зарплат работников бюджетной сферы. Но он этого так и не сделал, что тоже было ошибкой. Теперь ему приходится принимать все подобные меры в авральном порядке и в спешке.
«Конец вседозволенности»: Саймс предупредил Запад об исчерпании терпения Путина
Ситуация на Украине является следствием стратегической дерзости Запада, но его безнаказанность очень скоро может исчезнуть. Американский политолог Дмитрий Саймс убежден в способности России и ее президента Владимира Путина к жестким ответным решениям.
По словам Саймса, Украина является «острием копья», но это оружие против России направляют другие люди – лидеры коллективного Запада. К нынешним боевым действиям, терактам и провокациям украинцев долго и тщательно готовили, а планы для киевского режима составляются натовскими военными. Политолог убежден в способности США быстро свернуть конфликт на Украине: единственной причиной, по которой это до сих пор не сделано, Саймс называет чувство безнаказанности и защищенности.
«В Вашингтоне могли бы прекратить украинские действия очень-очень быстро. Почему не прекращают? Потому что сейчас идет игра в одни ворота. Коллективный Запад сражается с Россией на территории Украины, позволяет ей наносить удары по территории РФ, а Россия отвечает военными действиями на территории Украины, но пока тщательно избегает переноса военных действий на территорию самого Запада. Во многом правильно делает – трудно иметь один фронт на Украине и открывать другой фронт. Но на каком-то этапе, думаю, в Москве будет пересмотр приоритетов», — сказал Саймс.
Политолог убежден, что руководство России в лице президента Путина может отказаться от проявления стратегического терпения в отношении Запада, из-за которого РФ избегает провоцировать США и Европу. Если во главу угла будет поставлена задача сохранения целостности российского государства и его права на суверенитет, это развяжет России руки относительно жестких мер против западных стран. В связи с этим Саймс предостерег Вашингтон, Лондон и Брюссель от ложных надежд на готовность Москвы все стерпеть.
«Может появиться масса возможных вещей – не обязательно целесообразных, это сложные решения, которые должны приниматься верховным главнокомандующим только после тщательного анализа. Но возможность есть: подземные кабели, подводные трубопроводы, масса людей во многих странах Запада, ненавидящих свои правительства, которые могут очень охотно принять помощь со стороны России, есть тактическое ядерное оружие – много чего могла бы сделать Россия, если бы в Кремле пришли к выводу, что другого выхода нет. Пока к такому выводу не пришли. И мне кажется, что со стороны Байдена воспринимать российскую стратегическую сдержанность как мандат на вседозволенность крайне рискованно и безответственно», — заявил Саймс в эфире «Соловьев LIVE».
Эксперт уверен, что Путин уже получил предложения по решительному ответу на действия Запада. Реализация таких планов продемонстрирует, что РФ не только предупреждает и обороняется, но и перехватывает инициативу.
Подписаться
Путин признал главную ошибку с Украиной
Переломные новости недели
В наших реалиях легко ошибиться, но, похоже, стал виден конец традиционному процессу долгого запрягания. События прошедшей недели по крайней мере подталкивают к такому выводу. Да и не так страшна ошибка, как неумение и нежелание ее признать. Вот Владимир Владимирович на днях признал главную ошибку с Украиной.
В начале недели министр иностранных дел Украины Дмитрий Кулеба заявил, что Европа не имеет ни морального, ни политического права уставать помогать киевскому режиму. И, конечно, потребовал еще денег и вооружения, а также девятый пакет антироссийских санкций. А Европа, точнее, так называемый коллективный Запад, начала демонстрировать признаки усталости, выражающиеся в некотором прозрении. Перелом случился чуть раньше, когда украинская ракета поразила польский трактор. На неделе, кстати, в Европе зазвучала и версия, что это была не трагическая случайность, а целенаправленная провокация Украины, и якобы это показывают данные с американских спутников. Теперь же к этому добавилось признание, что украинские военные совершают военные преступления. Кадры с расстрелом безоружных российских солдат в Макеевке посчитали подлинными на уровне ООН. На этом фоне заявление Украины о том, что это «российские солдаты проявили вероломство», прозвучало как железом по стеклу даже для конченых русофобов. Желание помогать такому режиму потихоньку начинает потрескивать. Да и помогать становится все труднее. 20 стран-членов НАТО из 30 исчерпали возможности для отправки оружия Украине, пишет The New York Times со ссылкой на чиновников альянса.
Киев тоже, кстати, любит рассказывать про исчерпание возможностей России. Стало доброй приметой — как только Украина сообщает о закончившихся российских ракетах, так эти самые ракеты доказывают обратное. Очередной удар погрузил Украину во тьму почти на сутки (да и до сих пор во многих областях нет света). Но главное, нарушил снабжение ВСУ по железным дорогам. И у гражданских нет света именно потому, что все силы украинский режим бросил на восстановление транспортного сообщения для снабжения армии. Ну и еще Украина продолжает продавать электроэнергию за границу, чему простые украинцы страшно удивляются в соцсетях.
Очередной удар по энергосистеме Украины пришелся как раз на тот день, когда Европарламент признал Россию государством — спонсором терроризма. Мария Захарова тонко и абсолютно точно заметила, что нам в ответ стоит признать Европарламент спонсором идиотизма. Что тут добавить? Да вот разве что цитату: «То, что 70% территории страны осталось без электричества, показывает, что мы держим палец на выключателе. Мы можем включать и выключать электричество там, где это нам нужно, и там, где мы этого хотим». Горделивое, с чувством собственного превосходства — что хотим, то и делаем — заявление, не так ли? Это слова официального представителя НАТО Джейми Ши, сказанные в 1999 году во время ударов по Югославии. Уничтожение инфраструктуры страны в течение 78 дней непрерывных и не слишком избирательных бомбардировок — это миротворчество или спонсирование терроризма?
Еще коллективному Западу сильно не понравилось, прямо до требования отмены, принятие Госдумой закона о запрете в России ЛГБТ-пропаганды. Значит, все правильно сделано. Никто не ущемляет больных туберкулезом, но с открытой формой, во избежание заражения, их на люди не пускают. Пропаганда ЛГБТ — это как раз открытая, заразная форма. Но инфекционные отделения — гей-клубы и «радужные» сауны — никто ведь не закрывает, извращайтесь сколько влезет. Просто «защита семьи, материнства, отцовства и детства; защита института брака как союза мужчины и женщины» — так записано в Основном законе России. Основной — от слова «основа», то, на чем всё держится.
Поэтому Владимир Владимирович и встречался с матерями военнослужащих. От этой встречи, смею предположить, сильно икалось многим чиновникам многих ведомств. Потому что матерям, потерявшим самое дорогое, терять уже нечего. И говорили они и о снабжении, и о вооружении, и о госпиталях, и о косяках бессмысленной бюрократии. И именно на этой встрече Путин признал ошибочность посыла, существовавшего с 2014 года, что, «может быть, удастся договориться, и Луганск, Донецк как-то в рамках договоренностей <…> все-таки смогут как-то воссоединиться с Украиной». Что «мы же не чувствовали до конца настроение людей, до конца невозможно было понять, что там происходит». И вот теперь «стало очевидным, что это воссоединение должно было бы произойти раньше. Может быть, и не было бы столько потерь и среди мирных граждан, не было бы столько погибших детей под обстрелами».
Да, долго запрягаем. Но вот Александр Лукашенко результат этих усилий видит так: если Украина не хочет гибели, ей надо останавливаться (проще говоря, соглашаться на условия России). В противном случае «дальше будет полное уничтожение Украины. Это не то, что Путин говорил задолго до операции, что это будет грозить потерей государственности Украины. Это будет уничтожение Украины!»
Опубликован в газете «Московский комсомолец» №28920 от 28 ноября 2022
Заголовок в газете:
Главная ошибка с Украиной
Ровно месяц прошел с начала вторжения России на территорию Украины. Политический обозреватель РБК-Украина Милан Лелич подводит итоги (пока, к великому сожалению, лишь промежуточные) войны. Azattyq Rýhy публикует его мнение в полном объеме с сохранением орфографии и пунктуации автора (мнение автора частично либо полностью может не совпадать с позицией редакции).
«О возможности полномасштабного российского вторжения в Украину заговорили с прошлой весны, особенно интенсивно – с середины прошлой осени. Тем не менее, для многих украинцев это явно стало неожиданностью. За считанные дни до вторжения лишь 19% граждан оценивали такую возможность как высокую (данные группы «Рейтинг»).
Примечательно, что все случилось почти как на картинках, которые западные СМИ активно публиковали в последние месяцы: удары с Крыма, с ОРДЛО, Беларуси, черниговского и харьковского направлений и т.д. Но с одним ключевым отличием: на всех подобных схемах стрелочки, изображавшие грядущее наступление российских войск, врезались очень глубоко в украинскую территорию, в версии немецкой Bild украинские силы могли отступить аж до линии Коростень-Умань.
По факту же успехи оккупантов, причем не только на поле боя, несравнимо скромнее. И итоги первого месяца войны можно свести к одной формуле – Украина выстояла.
Какими были изначальные планы агрессоров, доподлинно неизвестно. Про них можно уверенно сказать лишь то, что они не реализовались. В сухом остатке войска агрессора смогли местами врезаться в украинскую территорию, взять под контроль отдельные дороги и некоторые населенные пункты. Но даже на юге, где войска РФ добились самых заметных успехов, они не имеют полного контроля над захваченными землями. Из крупных городов в оккупации оказался лишь Херсон, где продолжается гражданское сопротивление.
Украинские и западные военные эксперты отмечают грамотную тактику украинских войск: не цепляться любой ценой за каждый квадратный метр полей, а умело маневрировать, наносить удары по оголенным флангам противника, перерезать его линии снабжения и т.д.
Успех оборонной операции стал возможен благодаря комбинации сразу нескольких компонентов: высокого боевого духа и мотивации, грамотного управления войсками на разных уровнях и технической оснащенности, символами которой стали беспилотники «Байрактар» и комплексы Javelin.
В итоге к началу второго месяца войны оккупанты на многих направлениях были вынуждены перейти к обороне, а украинская армия проводит и отдельные контрнаступательные операции. Даже по консервативным оценкам Пентагона, количество боеспособных сил РФ составляет менее 90% от всей группировки вторжения, по оценкам украинского Генштаба – намного меньше. Оккупанты не смогли добиться решительного перевеса даже в воздухе, хотя до войны было принято считать Украину наиболее уязвимой именно здесь.
Устояла Украина и в чисто политическом смысле, управляемость страной сохранилась полностью. Высшее военно-политическое руководство удержало ситуацию, оставшись в Киеве несмотря на регулярные предложения об эвакуации. Работают Верховная рада, министерства, ведомства и местные администрации.
Уровень поддержки Владимира Зеленского взлетел до небывалых высот, гораздо выше, чем даже в начале его президентства. Парадоксально, но сейчас 76% украинцев считают, что дела в стране идут в правильном направлении – и это в разгар боевых действий (опрос «Рейтинга» от середины марта). Перед самым вторжением таких было лишь 25%.
О единении, взаимопомощи и взаимовыручке, которые перед лицом агрессии проявил украинский народ, едва ли стоит говорить – она заметна абсолютно всем. Даже украинский политикум в целом демонстрирует себя с неожиданно приятной стороны. Конечно, негласный мораторий на взаимную критику регулярно нарушается (по-другому вряд ли могло быть в молодой демократии), но особо активных критиков нередко одергивают их же соратники.
А вот что наверняка удивило многих – фактическое отсутствие системного коллаборационизма, и среди политиков и местной власти, и среди местного населения, в том числе в регионах, где всегда была высокой поддержка пророссийских партий.
Их представители либо задекларировали безусловно проукраинскую позицию, либо просто предпочитают лишний раз «не отсвечивать». В результате, оккупантам на захваченных территориях приходится выискивать каких-то местных пророссийских маргиналов или возить с собой в обозе совсем уж карикатурных персонажей вроде Олега Царева.
Ставка Москвы на лояльность украинского юго-востока в целом не сработала еще в 2014 году, сейчас эту ошибку она повторила в стократном масштабе.
А вот в социально-экономической сфере перед Украиной стоят крайне сложные вызовы. В середине марта премьер-министр Денис Шмыгаль оценил прямые единовременные потери украинской экономики в 565 млрд долларов. Тогда же в МВФ оценили возможное сокращение украинского ВВП из-за войны в 10%, при условии окончания боевых действий в ближайшее время, в лучшем случае.
Конечно, с каждым днем войны и новыми обстрелами потери увеличиваются. Экспорт через Азовское море, в том числе металлургической продукции, в обозримом будущем вряд ли будет возможен. При условии российского доминирования в Черном море и заминированной акватории проблематичным будет и экспорт из Одессы.
За этот месяц было разрушено неисчислимое количество предприятий, порвались технологические цепочки, миллионы украинцев остались без работы, миллионы уехали за рубеж.
Сейчас украинская экономика на ходу перестраивается на военные рельсы. Главная задача правительства на неохваченных войной территориях – обеспечить функционирование бизнеса, любой ценой, вопрос налоговых поступлений ушел на третий план.
Главная надежда здесь – на прямую финансовую помощь Запада. Многим европейским странам до сих пор сложно себя пересиливать, оказывая Украине прямую военную помощь. Поддержка украинской экономики им явно дается и будет даваться гораздо легче.
Но в целом на дипломатическом фронте Украина побеждает агрессоров с разгромным счетом. Цивилизованный мир беспрецедентно консолидирован вокруг Украины. В ход пошли и «адские санкции» против агрессора, гуманитарная, финансовая и военная помощь, вплоть до гранатометов из Германии – что еще месяц назад представлялось просто немыслимым делом.
Конечно, этой помощи всегда будет недостаточно, и украинская власть когда аккуратно, когда резко об этом напоминает.
Впрочем, у государства-агрессора проблем куда больше, и они умножаются по принципу домино. Останавливается импорт и экспорт, закрываются заводы, десятки тысяч людей остаются без работы, десятки тысяч убегают хоть куда-то за рубеж, пока железный занавес не захлопнулся окончательно.
Россия окончательно превратилась в диктатуру фашистского, или даже нацистского (с учетом открыто проговариваемых тезисов о «превосходстве» русских над остальными народами) типа. И это уже не публицистическая фигура, а вполне научное определение.
Даже близкие союзники, вроде Беларуси или Китая, изо всех сил отбиваются от оказания помощи Москве. Хотя в случае Беларуси предоставления своей территории и инфраструктуры для агрессии против Украины уже достаточно, чтобы считаться полноценным участником этого преступления.
В чисто военном смысле оккупанты перешли к излюбленной тактике – воевать числом, а не умением, выискивая у себя и по всему свету новое пушечное мясо. Один за другим гибнут генералы, подозрительно вовремя заболел даже глава Минобороны Сергей Шойгу. Сводки российского Генштаба выглядят все более карикатурно – там на полном серьезе рапортуют об «успехах» вроде «продвижения на четыре километра» или «захвате» крохотного безлюдного хутора на Донбассе.
Российское население в массе своей действия власти пока явно поддерживает, хотя и не может внятно объяснить почему. Не может этого объяснить и сама власть, продолжая рассказывать о «денацификации» и «американских лабораториях».
Тяга украинцев к новостям об успехах своей армии и очередных провалах агрессоров абсолютно понятна и естественна. Тем более, что и того и другого в достатке. Но и никаких шапкозакидательских настроений быть не должно, даже после сообщений об очередном разгроме врагов в Чернобаевке.
До победы еще лежит очень долгий и, к сожалению, полный новых потерь путь. Ведь мирное соглашение, которое устроит украинцев (а другого не будет), пока не просматривается даже на горизонте. Но в первой волне агрессии Украина точно выстояла».